Меню

Новости


Возвращение уголовного дела прокурору
Штрафы за нарушение антитабачного закона
Социальные сети: работодатели на страже репутации
Госнадзор в сфере труда по новым правилам
Четыре дополнительных выходных в месяц. Трудовой договор с родителем ребенка-инвалида

Главная страница >> Юридические статьи >> Гражданские дела, связанные с трудовой деятельностью инвалидов и лиц с ограниченной трудоспособностью

Гражданские дела, связанные с трудовой деятельностью инвалидов и лиц с ограниченной трудоспособностью


На практике при применении трудового законодательства в отношении лиц, испытывающих страдания определенными заболеваниями, граждан, которые имеют медицинские противопоказания к занятию трудовой деятельностью, а еще инвалидов возникают спорные ситуации, связанные с применением каких-нибудь положений законодательства. Это связано с неоднозначностью толкования положений ТК РФ и иных правовых норм, регламентирующих прием на работу, выполнение трудовых функций и уход с работы сотрудников этой категории. Судебные инстанции при принятии всевозможных решений по трудовым спорам, в которых участвовали лица, чьи права и интересы особо охраняются законом, учитывали фактические обстоятельства дел, а еще признаваемое Конституцией РФ всеобщее право на труд.

Так, в Определении СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23 апреля 2010 г. № 13-В10-2 суд пришел к выводу о невозможности связывать трудовые и гражданско-правовые отношения во время выяснения вопроса о занятости недееспособных . Из материалов дела следует, что Авилова Л. Н. в интересах недееспособного А. обратилась в суд с иском к ООО «...» о восстановлении на работе, взыскании недоплаченной ему во время действия трудового договора заработной платы и оплате за время вынужденного прогула, а еще компенсации причиненного А. морального вреда. По индивидуальной программе реабилитации инвалида, составленной 26 января 2009 г. Федеральным государственным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по области» (филиал № ...), А. в масштабах мероприятий профессиональной реабилитации рекомендована временная (эпизодическая) работа. На основании рекомендательного письма центра занятости населения А. с 24 октября 2008 г. был нанят в ООО «...» сроком на 3 месяца по 24 января 2009 г. включительно на основании заключенного между ним и ответчиком срочного трудового договора № ... от 24 октября 2008 г., который А. был подписан лично в присутствии и с согласия опекуна Авиловой Л. Н.

Перед истечением срока действия трудового договора Авилова Л. Н. как опекун А. прибегнула к ответчику с заявлением о продлении имеющих место быть между сторонами трудовых отношений, однако работодатель с ее предложением не дал согласие, и на основании приказа № 6л/с от 21 января 2009 г. А. был лишен работы с работы с 24 января 2009 г. на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса России.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленного иска, суд ссылаясь на ст. 29 и ст. 171 Гражданского кодекса России сделал вывод про то, что сделка по устройству на работу, идеальная между А. и ответчиком, является ничтожной и не имеет своим результатом юридических последствий, потому, что, как следует из положений ст. 56 Трудового кодекса России про то, что трудовой договор планирует личное выполнение работником установленной в договоре трудовой функции, гражданин, признанный судом недееспособным, не имеет право заключать трудовые договоры ни лично, ни через своего опекуна.

Недееспособность А., учитывая мнение суда первой инстанции, не дает возможность ему быть стороной трудового договора, поскольку он не который может воплотить в жизнь права человека и создавать для себя гражданские прямые обязанности и скрупулезно исполнять их (в том числе прямые обязанности лично воплотить в жизнь трудовую функцию по трудовому договору).

Суд кассационной инстанции областного суда дал согласие с выводами суда первой инстанции про то, что А. в следствие своей недееспособности не быть может субъектом трудовых отношений, а наличие врачебного заключения про то, что А. время от времени может скрупулезно исполнять работу, не обязывает работодателя сделать вывод с недееспособным лицом трудовой договор, нести прежде него как работником предусмотренные законом прямые обязанности.

Между тем, Судебная коллегия не дала согласие с приведенными выводами судебных инстанций, отметив следующее: положения Трудового кодекса России, непосредственным образом регулирующего трудовые отношения, не включают в себя запрета на заключение трудовых соглашений с лицами, признанными судом недееспособными. Из положений ст. 20 Трудового кодекса России вытекает, что недееспособное лицо правомочен быть стороной трудовых правоотношений.

Согласно ст. 16 Трудового кодекса России в числе оснований возникновения трудовых отношений, которые порождают взаимные права и прямые обязанности сотрудников и работодателей, в том числе обязанность заключительных по своевременной и полной выплате заработной платы, называют не только лишь трудовой договор, заключенный согласно с Трудовым кодексом России, но также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя в случае, когда оформление трудового договора было произведено не надлежащим образом.

Указывая в решении на недействительность заключенного с недееспособным А. трудового договора, суд сослался на положения ст. 171 Гражданского кодекса России, которая предусматривает ничтожность сделок, идеальных гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства, и возврат сторон в первоначальное положение. Однако указанная норма применима при гражданско-правовых отношениях, к трудовым отношениям положения Гражданского кодекса России применению не пригодны.

На основании изложенного Судебная коллегия признала вывод суда об отказе в удовлетворении иска Авиловой Л. Н. в интересах недееспособного А., по вопросу, связанным с ничтожностью заключенного им трудового договора, противоречащим основным принципам и общепризнанным меркам права, регулирующим трудовые отношения, и с целью исправления судебной ошибки, допущенной при рассмотрении дела судами первой и кассационной инстанций в применении норм материального права, которая повлекла вынесение неправосудного решения, Судебная коллегия признала решение Октябрьского районного суда ... от 15 апреля 2009 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам ... областного суда от 24 июня 2009 г. подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение.

При рассмотрении трудовых споров, связанных с уходом с работы по п. 5 ст. 83 ТК РФ (прекращение трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, по вопросу, связанным с признанием работника полностью неспособным к трудовой деятельности) , суд высказал точку зрения, что по этому основанию могут быть лишены работы только лишь лица, которые согласно с медицинским заключением, выданным в норме, установленном Федеральными законами и иными нормативно правовыми актами, признаны полностью неспособными к трудовой деятельности.

Так, установив при рассмотрении дела, что К. была лишена работы с мероприятия сосредоточенные на п. 5 ст. 83 ТК РФ по вопросу, связанным с тем, что по заключению МСЭ ей была установлена 2-я команда инвалидности со 2-й степенью ограничения к трудовой деятельности, что, согласно заключению МСЭ и пояснениям ее представителя, истица была признана полностью нетрудоспособной, суд обоснованно признал ее уход с работы по указанному основанию законным.

В это же время суд решил об изменении формулировки причины увольнения на п. 8 ст. 77 ТК РФ, указав в решении на то, что работодатель с учетом состояния здоровья истицы мог уволить ее и по этому основанию.

Отменяя решение суда в этой части и принимая новое решение об отказе в иске о восстановлении К. на работе, кассационная инстанция указала, что согласно с п. 4 ст. 394 ТК РФ в случае признания формулировки причины увольнения неправильной или же не соответствующей закону суд, рассматривающий спор, обязан изменить ее и указать в решении причину и основание увольнения в точном соответствии с формулировкой ТК или иного Федерального закона.

По смыслу указанной нормы, если при рассмотрении дела суд установит, что работодатель подразумевал конкретное основание для увольнения работника, а в приказе об уходе с работы указал неправильную или же не соответствующую закону формулировку причины увольнения, суд обязан, как следует из фактических обстоятельств, послуживших основанием для увольнения, изменить ее и указать согласно с формулировкой ТК РФ. При всем при этом ТК не предусматривает бездоказательную инициативу суда по изменению оснований увольнения (дело № 2-492/2006).

В соответствии с подпунктом «а» п. 3 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор быть может расторгнут работодателем в случае несоответствия работника занимаемой должности или производимой работе вследствие состояния здоровья в соответствии с медицинским заключением.

Таким образом, основанием увольнения по подпункту «а» п. 3 ст. 81 ТК РФ является состояние здоровья работника, препятствующее продолжению работы. Состояние здоровья работника быть может причиной его увольнения только при наличии следующих условий:

– если имеет место стойкое снижение трудоспособности и оно препятствует надлежащему исполнению работником своих трудовых прямых обязанностей;
– если исполнение работником данных трудовых прямых обязанностей ему противопоказано и ежели состояние здоровья работника опасно для здоровья работающих с ним или обслуживаемых им людей.

Из вышеприведенных положений законодательства следует, что медицинское заключение о невозможности продолжения работы работником в занимаемой должности должно бытовать на день принятия работодателем решения об уходе с работы работника.

Без медицинского заключения уход с работы из-за состояния организма нельзя признать законным. Не имеет возможности служить основанием для увольнения работника по данному пункту наличие инвалидности, раз она в соответствии с медицинским заключением не препятствует продолжению работы.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 31 Постановления от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами России Трудового кодекса Российской Федерации» , в случае расторжения трудового договора по подпункту «а» п. 3 ст. 81 ТК РФ работодатель обязан, например, представить доказательства, которые подтверждают, что состояние здоровья работника в соответствии с медицинским заключением препятствовало надлежащему исполнению им своих трудовых прямых обязанностей. При всем при этом следует подразумевать, что, если работник надлежащим образом выполняет свои трудовые прямые обязанности, однако обнаружится, что он нуждается в соответствии с медицинским заключением в предоставлении другой работы вследствие того, что производимая работа ему противопоказана или опасна для обслуживающего персонала сотрудников или обслуживаемых им граждан, в следствие ч. 2 ст. 72 Кодекса при отказе работника от перевода на другую имеющуюся работу, не противопоказанную ему из-за состояния организма, или отсутствии в организации соответствующей работы трудовой договор с работником прекращается в соответствии с п. 8 ст. 77 Кодекса.

Согласно ст. 81 ТК РФ уход с работы по указанному основанию допускается, если невозможно перевести работника с его согласия на другую работу.

В справке Кемеровского областного суда от 18 сентября 2007 г. № 01-19/518 о практике рассмотрения судами области гражданских дел в 1-м полугодии 2007 г. по кассационным и надзорным данным отражено, что изложенные требования трудового законодательства не были выполнены Юргинским городским судом, решением которого было отказано в удовлетворении исковых требований Дмитриева В. Н. о восстановлении на работе.

Разрешая спор, суд сделал вывод, что Дмитриев В. Н. в соответствии с медицинским заключением на день его увольнения не имел возможности скрупулезно исполнять работу начальника котельной, обусловленную трудовым договором, поскольку 11 октября 2004 г. перенес инфаркт миокарда, 14 марта 2005 г. заключением МСЭ ему была установлена 2-я команда инвалидности бессрочно, 2-я степень ограничения способности к трудовой деятельности, разработана программа реабилитации инвалида, где расписаны все противопоказания к труду. Помимо всего этого, суд исходил из того, что специалистами филиала № 18 г. Юрги Главного бюро МСЭ сделан вывод, что Дмитриев В. Н. после прохождения освидетельствования не имел возможности продолжать работу в должности начальника котельной, а мог продолжить работу в специально созданных условиях.

Однако, сославшись на программу профессиональной реабилитации инвалида от 14.03.2005 г., составленную бюро МСЭ г. Юрга, и указав, что внутри нее расписаны все противопоказания к труду, суд не установил, какие это противопоказания, связаны ли они с работой, выполняемой истцом, препятствуют ли они выполнению данной работы, а принимая во внимание, что в данной программе не присутствует заключение о невозможности продолжения истцом работы в должности начальника котельной, суд обещал установить, можно ли считать перечисленные противопоказания таким заключением.

Кроме того, поручая в соответствии со ст. 188 ГПК РФ специалистам филиала № 18 г. Юрги Главного бюро МСЭ дать заключение по поставленным судом вопросам, суд не принял к сведению, что в соответствии с указанной нормой права суд может привлекать квалифицированных работников только лишь для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи (фотографирования, составления планов и схем, отбора образцов для экспертизы, оценки имущества) в необходимых случаях при осмотре письменных или вещественных доказательств, воспроизведении аудио- или видеозаписи, назначении экспертизы, допросе свидетелей, принятии мер по обеспечению доказательств. Характер поставленных судом перед специалистами вопросов свидетельствует про то, что фактически судом была назначена медико-социальная экспертиза. При таких данных вывод суда нельзя признать правильным, потому, что в материалах дела не присутствует медицинское заключение, полученное в установленном законом порядке, подтверждающее, что у Дмитриева В. Н. имеется стойкое снижение трудоспособности, препятствующее надлежащему выполнению им трудовых прямых обязанностей, или исполнение им трудовых прямых обязанностей из-за состояния организма противопоказано работнику или опасно для других сотрудников.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд в обоснование своего решения сослался также на то, что уход с работы истца является законным, потому, что перевод его на другую работу вследствие состояния здоровья был невозможен, поскольку вакантные должности отсутствовали. Однако суд не проверил, имелись ли у ответчика во время, когда истцу была установлена инвалидность и до его увольнения, вакантные должности, не противопоказанные ему из-за состояния организма, которые соответствуют доказательства (штатное расписание и прочие необходимые документы) не истребовал, а при всем при этом исходил только лишь из пояснений представителя ответчика про то, что на день увольнения истца не было вакантных должностей.

Кроме того, суд оставил без внимания доводы истца про то, что за проработанный период он надлежащим образом выполнял свои должностные прямые обязанности, что не отрицалось и представителем ответчика.

Суд не принял к сведению, что, если работник надлежащим образом выполняет свои трудовые прямые обязанности, однако обнаружится, что он нуждается в соответствии с медицинским заключением в предоставлении другой работы вследствие того, что производимая работа ему противопоказана или опасна для обслуживающего персонала сотрудников или обслуживаемых им граждан, в следствие ч. 2 ст. 72 Кодекса при отказе работника от перевода на другую имеющуюся работу, не противопоказанную ему из-за состояния организма, или отсутствии в организации соответствующей работы, трудовой договор с работником прекращается в соответствии с п. 8 ст. 77 Кодекса. Таким образом, разрешая спор, суд неправильно применил материальный и процессуальный закон, подлежащий применению, из-за этого неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, не установил эти обстоятельства, постановив свои выводы при отсутствии соответствующих доказательств, в следствии этого решение суда было отменено судом кассационной инстанции.

______________________

    СПС «Консультант Плюс».Обзор практики рассмотрения судами Калининградской области в 2006 г. гражданских дел о восстановлении на работе // СПС «Консультант Плюс».См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. –2004. – № 6.СПС «Консультант Плюс».


Читайте так же:
Работник должен подтвердить свои расходы на проезд на личном автомобиле чеками с АЗС
Признание договора купли-продажи жилого помещения незаключенным как способ защиты гражданских прав
О совмещении и совместительстве: практика применения